Category: образование

Category was added automatically. Read all entries about "образование".

Из мемуаров "советской эсерки" Екатерины Олицкой о НЭПе и молодых эсерах в СССР

Олицкая 20-е
Екатерина Олицкая в 20-е годы


http://www.sakharov-center.ru/asfcd/auth/?t=page&num=8762

Хищники и прихлебатели

НЭП процветал. Появилась новая категория людей — нэпманы. Они оказались необходимыми для подъема экономической жизни страны. Процветали магазины, в которых все можно было купить за золото, за денежную валюту, проводилась денежная ре-
форма. На фоне развивающейся жизни ошеломляла ужасающая безработица.
Collapse )

Илья Сельвинский в Крыму

http://www.perekop.info/ilyia-selvinsky-in-crimea/

Илья Сельвинский

Море, море! Крымское море!
Юности моей зов…
И если очень захочется счастья,
Мы с вами поедем в Крым!

И.Сельвинский, Крым.

Илья Сельвинский

Он все же стал литератором, несмотря на значительные способности сначала к рисованию, а затем к музыке, замеченные в нем еще в раннем детстве…

В отличие от отца-романтика, мать его как женщина практического ума высказалась по поводу его талантов так: «Если уж быть художником (музыкантом), то обязательно выдающимся, иначе выйдет лишь бродяга (или станет пиликать на свадьбах). Но будет ли он выдающимся? Неизвестно! В конце концов, все дети рисуют (или поют)». В общем, не было никакого смысла рисковать ни судьбой сына, ни средствами на обучение (к слову сказать – весьма скудными средствами). Она видела сына с нормальным образованием и с нормальной профессией (лучше – врача). Илье ничего не оставалось, как срочно найти «менее затратную» творческую область, ибо потребность самовыразиться назревала и искала выхода. И выход был найден, тем более что и «инструмент» уже имелся – подаренное перо с оттиском профиля поэта Пушкина, ко всему и возраст был вполне подходящий – 11 лет. И хотя были еще кое-какие сомнения, но, как говорил потом сам поэт, их смыла «волна, которая хлынула в душу из залива Керкинитиды». Слепящая синева моря, лежавшего прямо за окнами гимназии, не оставляла никаких сомнений и так с детства и прошла сквозь всю его жизнь.
Collapse )

Л.Матвеева "Старый барабанщик"

Оригинал взят у tomtar в Л.Матвеева "Старый барабанщик"
   Л.Матвеева "Старый барабанщик"
   рис.В.Алфеевского
   Детская литература, 1971




Еще одна книга с иллюстрациями В.Алфеевского. Людмила Матвеева - автор плодовитый, ее школьные повести, наверное, знакомы многим. А ее дебютная книга "Старый барабанщик" совсем другая - это городская сказка, немного грустная. Она о дружбе между старым седым барабанщиком, который в душе остался мальчишкой, и двенадцатилетним школьником Сережкой. Сережка - волшебник. Просто волшебник - добрый, иногда забывающий нужное заклинание, но твердо знающий, что попусту колдовскими словами не разбрасываются. Отец у Сережки тоже был волшебник, но год назад он ушел из семьи, и никакими заклинаниями этого не исправишь.

Повесть еще несколько ученическая, подражательная - некоторые эпизоды словно сошли со страниц хроники славного города Немухина. Но почему-то она запомнилась мне больше, чем другие книги Матвеевой.









Collapse )

Еще о питерском писателе Игоре Нерцеве

Повесть Игоря Нерцева "Шуркина стратегия" - http://e-libra.ru/read/252350-shurkina-strategiya.html

"Журнальный вариант повести Игоря Нерцева "Шуркина стратегия" о ребятах, которые в пионерском лагере организовали интересную военную игру, о Шурке - разведчике 2-го отряда - проявившем незаурядные способности угадывать намерения противника. Повесть опубликована в журнале "Костер" №№ 7-9 в 1973 году."

Статья об Игоре Нерцеве с фотографиями - http://kizhi.karelia.ru/info/about/newspaper/102/2643.html

"Черно-белые Кижи: полвека тому назад

Глядя на старые кижские фотографии, хочется поиграть в игру «Найди десять отличий», потому что вроде бы на этих фото, на первый взгляд, все те же неизменные Кижи, но все-таки в чем-то и не те… На этих снимках запечатлено Время глазами их автора. Евгений Михайлович Шадров (1933—1975 гг.) прожил недолгую, но очень интересную жизнь, где было и трудное военное детство, и дальнейшая учеба в Ленинграде, и работа на «Ленфильме», и стихи под литературным именем Игорь Нерцев, и увлечение фотографией. Были в жизни Евгения Шадрова и Кижи, снятые в преддверии зимы на его «ФЭД». Свои работы и работы своих друзей он иногда называл «фактографиями». Электронные копии этих черно-белых снимков передала в фотоархив музея и в газету «Кижи» сестра их автора Валерия Михайловна Шадрова, выпускница факультета иностранных языков ЛГПИ им. А.И. Герцена. Она работала переводчицей в Непале, Иране, затем — в организации «Ленпромстройпроект», преподавала и училась в аспирантуре филфака ЛГУ. С 1983 г. — доцент кафедры иностранных языков, затем — кафедры «Связи с общественностью».

Валерия Михайловна бережно хранит всё, что связано с памятью о брате, посвятила ему несколько публикаций, рассказала о нем и нашей газете: «Мой брат родился 20 июля 1933 г. в семье военного. Вскоре отец получил назначение на Дальний Восток. Пять лет семья прожила на краю земли, в бухте Де-Кастри, где еще в XIX веке располагался русский укрепрайон..."

Об Игоре Нерцеве на сайте "Могилы ушедших поэтов"( стихи и фотография могилы поэта) - http://www.po.m-necropol.ru/nerzev-igor.html

"Грузинский" рассказ Сергея Довлатова

Я не любитель творчества Сергея Довлатова.
Но есть у него необычные тексты.
Например, на "грузинскую тему":

"БЛЮЗ ДЛЯ НАТЭЛЛЫ

В Грузии — лучше. Там все по-другому. Больше денег, вина и геройства. Шире жесты и ближе ладонь к рукоятке ножа...
Женщины Грузии строги, пугливы, им вслед не шути. Всякий знает: баррикады пушистых ресниц — неприступны.
В Грузии климата нет. Есть лишь солнце и тень. Летом тени короче, зимою — длиннее, и все.
В Грузии — лучше. Там все по-другому...
Collapse )

"Тополиный пух" Владимир Сорокин

Сборник рассказов «Первый субботник»
© Владимир Сорокин, 1979-1984
Тополиный пух

Валентина Викторовна распахнула стеклянную дверь кабинета:

— Костя! К тебе ученики пришли!

Сидящий за широким столом Константин Филиппыч приподнялся, надел очки:

— Пусть пройдут.

— Они стесняются, — засмеялась Валентина Викторовна.

— Ну не в коридоре же мне их принимать... Зови, зови...
Collapse )

Предисловие к сборнику "Первый субботник" Владимира Сорокина

Владимир Сорокин
Предисловие
Сборник рассказов «Первый субботник»
© Владимир Сорокин, 1979-1984
http://srkn.ru/texts/persub_part1.shtml

Предисловие

Каждая новая книга о нашем современнике так или иначе призвана внести свое слово в разговор на эту важную, порой — трудную тему.
Случается, что слово это бывает легковесным и поверхностным, а книга, написанная, казалось бы, на острую злободневную тему, пылится на книжной полке.

Не таков «Первый субботник».

К упомянутому трудному разговору автор подходит с солидным багажом личного и профессионального опыта, с подлинно творческой бескомпромиссностью и острым желанием показать многогранность характеров и судеб своих современников — рабочих и инженеров, студентов и лесорубов, преподавателей и ветеранов войны.
Действительно, наш современник многогранен и сложен. Автора интересует его внутренний мир, круг социальных и нравственно-психологических проблем.

Бригадир лесорубов, редактор институтской многотиражки, старый партизан, секретарь профкома — все они говорят с читателем со страниц сборника, говорят во весь голос на все ту же трудную тему.

«Скушный ты человек, Иван. А еще потомственный лесоруб...» — говорит бригадир Будзюк своему слабохарактерному напарнику, испугавшемуся социалистического соревнования с более молодой бригадой.

Такой бескомпромиссностью и прямотой наделены многие герои «Первого субботника». Они ярко выделяются на фоне серых, бесцветных одиночек вроде заводского прогульщика Пискунова, деревенского лоботряса Валерки или школьного хулигана Чернышева. Сложность современных производственных процессов, заводской коллектив, борьба за качество выпускаемой продукции — такие проблемы затрагивает автор в рассказах «Вызов к директору» и «Заседание завкома». Горячая колхозная страда, стирание граней между городом и деревней, сельская новь — вот что волнует героев повести «Соловьиная роща», заставляя их, по меткому выражению комбайнера Степана Волкова, «сердцем за дело потеть». По-настоящему близка автору и тема воспитания подрастающего поколения, о серьезности и неоднозначности которой в полной мере говорят рассказы «Первый субботник», «Свободный урок», «Сергей Андреевич», «Поминальное слово». «Ведь не зря мы тогда мерзли, мерли, в цехах ночевали... мы же о вас думали, о детях наших...» — в этих искренних словах человека, прошедшего ленинградскую блокаду, со всей остротой звучит тревога за судьбу юного поколения, только начинающего самостоятельную жизнь в нашем «прекрасном и яростном мире», за нравственные ошибки, подчас так беззаботно совершаемые. Вообще, проблема нравственной и гражданской высоты героев пронизывает весь сборник. Так, рассказ «В Доме офицеров» передает незатейливый, на первый взгляд, диалог двух ветеранов Великой Отечественной, пожилых людей в неброской одежде. Но именно в этой простоте, в своей сегодняшней незаметности, в спокойном отношении к былым подвигам и проступает та самая нравственная и гражданская высота опаленных войной людей. В рассказе «Проездом» речь идет о напряженных райкомовских буднях. Поэтичны и полны неподдельного лиризма рассказы «Возвращение» и «Санькина любовь», повествующие о трепетном чувстве первой любви. Важное место в сборнике занимает повесть «Ночные гости», напряженный драматизм которой заставляет читателя страдать, бороться и радоваться победе над косностью закоренелого мещанства. «Нужно воевать с равнодушием, как со стихийным бедствием», — сказал однажды Константин Паустовский. Эти крылатые слова, на наш взгляд, могли бы стать эпиграфом всей книги. В серьезный и обстоятельный разговор о нашем современнике сборник рассказов и повестей «Первый субботник» внес свое слово. Оно весомо и значительно.



АЛЕКСЕЙ ИВАНТЕЕВ

Драма со студентом из Америки в Германии

Оригинал взят у v_strane_i_mire в Драма со студентом из Америки в Германии
10514701_852863248074926_4288818040273178481_n


The-student-waits-to-be-r-001


Firefighters-consider-how-009

Public art как угроза жизни
Американский студент по обмену залез в скульптуру вагины, которая находится возле отделения микробиологии и вирусологии Университета Тюбингена, и не смог оттуда выбраться.
Молодому человеку попытались помочь прохожие, но им не удалось справиться самостоятельно.
Пришлось вызывать пожарных. Их приехало сразу 22.
По данным полиции, студента удалось достать без использования каких-либо инструментов.
Ни он, ни скульптура, стоимость которой оценивается в 120 тысяч евро, не пострадали. Скульптура является творением перуанского художника Фернандо де ла Хара. Её название — Chacán-Pi — можно перевести как «Заниматься любовью». Скульптура, сделанная из красного веронского мрамора, весит 32 тонны и, по задумке художника, изображает «ворота в мир».
Гигантская вагина стоит около Университета Тюбингена с 2001 года.
На снимке скульптура Chacán-Pi (Making Love) by Peruvian artist Fernando de la Jara.Tubingen. Germany

Катя Компанеец Керосинка - это русский примус

http://berkovich-zametki.com/2007/Zametki/Nomer7/Kompaneec1.htm


Керосинка - это русский примус

Отрочество в Художественной школе. Учитель живописи Глускин. Гриша Перченков в юности. Учитель композиции Рогинский. Шизня и психиатр Черняховский.

Рогинский часто повторял эту фразу. Так Миша Чернышёв объяснял содержание его работы американскому искусствоведу. Это было во время выставки американского искусства в Пушкинском музее (в1963 году). Я ходила с Гришей Перченковым и компанией. Почему нам решили все это показать, не знаю. Но, вдруг, оказалось, что существует Поп-Арт, Оп-Арт и другой современный Арт. Из России американское искусство смотрелось более интересно, чем вблизи. То ли мы что-то в него вчитывали, то ли, поддержанное курсом доллара и американской демократией, оно внушало уважение. Взгляд со стороны создавал аберрации зрения.
Грише Перченкову очень понравился американский флаг Джаспера Джонса.
- Здорово поработал, - с восхищением говорил он.




Студенты художественной школы.
Сидят: Андрей Панченко, Ира Эдельман, Таня Фриш.
Стоят: Катя Компанеец, Гриша Перченков.
На память Леше Панину, ушедшему в армию



Искусствовед, приехавший с этой выставкой, пришел к М.А. смотреть работы. От него мы и узнали, что живопись М.А. это Поп-Арт и что Рогинский изобрел его одновременно с Джаспером Джонсом, а керосинка, предмет многих работ, это русский примус.
Не знаю, изобрел ли М.А. русский Поп-Арт, но то, что он делал новое, что в начале 60-х годов никто в Москве не делал, это несомненно. У М.А. был собственный взгляд и собственный голос. А это во все времена редкость.
Я училась в художественной школе на Кропоткинской улице. В Художке, как мы ее любовно называли, были свободные нравы. На переменках мы выходили на улицу покурить, озлобляя прохожих своим лохматым и бородатым видом. Учили Глускин, Хазанов, а до 59 года Фальк.