October 15th, 2015

Интервью с Сашей Соколовым - О ВСТРЕЧАХ И НЕВСТРЕЧАХ

Оригинал взят у vladkravchenko в Интервью с Сашей Соколовым - О ВСТРЕЧАХ И НЕВСТРЕЧАХ


 


                            (увеличить)       
                            
     

 Впервые текст этого интервью с Сашей Соколовым был опубликован в альманахе «Ясная поляна» (№2 1997), выходившем под редакцией Владимира Толстого, директора усадьбы Ясная поляна и правнука великого писателя. Тираж был небольшим и быстро разошелся. Идя навстречу многочисленным пожеланиям друзей и знакомых, среди которых немало горячих почитателей творчества Саши Соколова, выставляю в своем блоге полный текст этого большого (2 а.л.) интервью в надежде, что Володя Толстой на меня не останется в обиде.

Предлагаемая беседа (цикл бесед-вечеров под диктофон) с Сашей Соколовым состоялась во время его   приезда на родину в 1990 году в подмосковном поселке Планерная, где он прожил зиму с женой Марлин, писал новый роман и скрывался от всех, не без  оснований опасаясь сведения счетов. Те, кто прочел “Палисандрию”, поймут, из каких сфер могла исходить опасность. Оказывается, поплатиться можно было не только за политику, но и за эстетику, за художественную дерзость и талант.

Это были прекрасные дни декабря-марта 89-90 года. Днем мы работали в своих комнатах пансионата «Правда», катались на лыжах, а вечера проводили за неспешными разговорами за чашкой чая. Говорили обо всем – о литературе, эмиграции, судьбе художника в нашей стране и за рубежом, о политике, которой были переполнены все газеты, журналы, сводки теленовостей. Ощущение перемен, грандиозности надвигающихся на нас событий было определяющим.

Я еще не знаю, что спустя год превращусь в издателя Саши Соколова, пустившись в рискованную авантюру, успею выпустить в обход руководства «Школу для дураков»  фантастическим по нынешним меркам тиражом в 300 тыс. экземпляров (Сб-к «Вкус», изд.«Правда», 1991) в самый канун полного краха рубля и страны. Гонорар в 4500 руб, когда мы вновь встретимся с Сашей, прилетевшим на 3 дня в Москву на торжественную церемонию присуждения ему Пушкинской премии Топфера, усохнет до 1 американск. рубля, каковой я, как всякий честный издатель,  и вручу ему в номере гостиницы «Будапешт», после чего мы разопьем прихваченную нами с банкетного стола бутылку красного вина, отмечая благополучное завершение сделки. Бессребреник Саша легко утешится соображением, что «Школой для дураков» оказались засеяны все вокзальные и газетные ларьки Союзпечати от Калининграда  до Сахалина, выразившись в том смысле, что посев научный да взойдет для жатвы народной…

Как писалось в нашей критике, с момента выхода “Школы для дураков” в русской литературе что-то изменилось и произошло, появился то ли новый звук, то ли свет. Редкая судьба, удивительная удача. Удивление от того, что, оказывается, можно делать с русским языком, с красотой мира, с нежностью его. Со всеми нами. Грусть всего человека, текучего и мечтательного, затерянного в горах и снегах Ньюфаундленда, оторванного от родины, читателей и друзей, спустя год поздравляющих его с исполнившимся пятидесятилетием.

                                                                                                                   1995

Collapse )

Писатель - натуралист Анатолий Онегов

Онегов

Критик-шестидесятник Геннадий Красухин на фб про писателя-натуралиста Анатолия Онегова - https://www.facebook.com/gkrasuhin/posts/948614025203876?fref=nf&pnref=story

Геннадий Красухин


«Когда я расставался с инженерной работой, все мои друзья-инженеры были уверены, что я стану писать романы именно об инженерах. Но всё получилось иначе – я стал писать записки натуралиста. Мне было стыдно, что я не оправдал доверия своих друзей, видевших во мне серьёзного писателя-романиста, а потому свои записки-рассказики я подписывал выдуманным именем ¬– Анатолий Сергеев. Но однажды этот псевдоним не понравился в издательстве, которое решило заключить со мной договор на книгу, и мне придумали там другой псевдоним, который и остался со мной до сих пор – Анатолий Онегов. По паспорту я Агальцов Анатолий Сергеевич. Я много раз делал попытку избавиться от псевдонима, но всегда в редакциях возражали: “Оставьте псевдоним – вас читатели знают именно под таким именем”».
Да уж поздновато теперь переименовываться Анатолию Онегову, родившемуся (добавлю паспортных данных) 15 октября 1934 года. Конечно, его очень многие знают по чудесным книжкам, таким, как «Здравствуй, Мишка», «Школа юннатов», «Они живут рядом со мной», «Русский мёд», «В медвежьем краю», «Календарь природы».
А люди постарше помнят, разумеется, его радиопередачи на протяжении всех семидесятых. Назывались они «Школа юннатов». Онегов подготовил 250 таких передач.
«Школа юннатов» – так называлась и рубрика в журнале «Юный натуралист», которую вёл Онегов. Да и книги в авторской серии издательства «Детская литература» шли под тем же названием «Школа юннатов».
Его биография удивительна. Серебряный медалист без труда поступил в МАИ, окончил, работал в конструкторском бюро Министерства авиационной промышленности. Из таких бюро не уходят. Там делают карьеру, получают премии. А если повезёт, то и государственные награды.
Но Анатолий Сергеевич, работая, инженером, учился на вечернем отделении биолого-почвенного факультета МГУ. Окончил и его.
И в 1965-м оставил инженерную работу. Поселился в каргопольской тайге под Архангельском. Там два года охотился и рыбачил. В 1967-1973 жил в Карелии. Опубликовал цикл очерков о карельской природе.
В 1977-м вступил в Союз писателей, живя в Москве (с 1973-го по 1980-й). Но в 1980-м опять поселился в тайге, на границе Карелии и Архангельской области, где прожил 10 лет. С 1991 года живёт в Ярославской области.
Онегов – уникум. Помимо художественных, он пишет натурфилософские и медицинские книжки. Знает, чего ждать от того или иного растения, публикует старинные и современные рецепты природных лекарств. Жалуется, что издательство, выпустившее его книгу о лечении мёдом, задержало ещё две – о лечении другими целительными природными средствами.
Жалуется в своём персональном сайте, на который советую зайти. Там Анатолий Сергеевич выложил много нужных людям для здоровья рецептов.
Collapse )

Из живого журнала писателя Анатолия Онегова: "Календарь природы. 14 октября. Покров."

Покров – «батюшка Покров, покрой землю снежком». Но снег, что лежал вокруг почти три дня, весь стаял. Хоть и холодновато, но все равно веселей – зелень вокруг и среди этой поздней зелени вдруг две цветущие головки одуванчика…. Лес еще в зелени, в листве березы, дубы… Облетели только липы да клены по деревне… В наших березках нашел крепкий белый гриб (замороженный)… Давление высокое… Тихо и сухо.

Писатель-фронтовик Иосиф Герасимов

Иосиф Герасимов

Об Иосифе Герасимове на википедии -https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%93%D0%B5%D1%80%D0%B0%D1%81%D0%B8%D0%BC%D0%BE%D0%B2,_%D0%98%D0%BE%D1%81%D0%B8%D1%84_%D0%90%D0%B1%D1%80%D0%B0%D0%BC%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87

Несколько лет назад я был в гостях у друга на старой даче.
Там была почти полная подборка журнала "Новый Мир".
Чуть ли не с начала 50-х годов.
Я внимательно изучил номера за 60-е и 70-е годы.
Особенно времен редакторства Твардовского.
Среди прочих авторов часто попадались тексты Иосифа Герасимова.
Я их не читал.
Но вспомнил сейчас, что во время перестройки прочел его повесть в журнале "Знамя", где описано выселение нежелательных элементов из Молдавии в 1949-м году.
Collapse )

О необычном выдвижении грузинского поэта на Нобелевскую премию

Абашидзе

Поэт Михаил Синельников рассказал мне на днях об интересном факте - попытки выдвижения на Нобелевскую Премию грузинского поэта Ираклия Абашидзе великим филологом Михаилом Бахтиным.
Абашидзе был первым секретарем Союза Советских Писателей Грузии.
Вполне номенклатурный человек.
Но неожиданно написал гениально-покаянную поэму.
Вот, что Михаил Синельников пишет про этот случай в комментариях к моему посту на фейсбуке:

"История с выдвижением Ираклия Абашидзе - не выдумка, не "грузинская версия".
Ознакомившись с поэмой Ираклия "Палестина, Палестина" в сильном переводе Межирова, дал телеграмму в Стокгольм Михаил Бахтин, написал, что явилось то вдохновенно, иррационально-мистическое и покаянное произведение, за которое и полагается давать Нобелевскую медаль.
Ираклий не знал об этом происшествии, факт замолчали, но через ряд лет(когда Бахтина уже не было в живых) я был счастлив рассказать эту историю Ираклию Виссарионовичу, добавив от себя, что рекомендация Бахтина стоит нобелевской премии, а может быть, и выше её..."
Collapse )

Номинированный на нобелевскую премию по литературе «Человек-колпак»

Оригинал взят у dobizha в «Человек-колпак»


На фото не представитель Ку-Клукс-Клана, как можно предположить. Это один из первых, если не первый советский дефектор — так называют перебежчиков, согласившихся работать на иностранную разведку. После побега в 1945 году, в Канаде этот человек проживал под говорящей фамилией Стенли Крысяк. Его настоящее имя: Игорь Сергеевич Гузенко. Но на западе он больше известен как «Человек-колпак».
Collapse )