October 30th, 2014

Рассказ Елены Долгопят Тик и так

Рассказ Елены Долгопят

Тик и так

Это было совершенно безветренным летним вечером. Но при этом казалось, что листья что-то нашептывают. Или он просто приписывал им этот шепот, который слышал, едва уловимый. Шепот как будто висел в воздухе, в летнем вечернем воздухе, теплом, под высоким небом, которое, казалось ему, куда-то движется от земли, и слишком-слишком далеко уже уходит. И он в конце концов затворил плотно окно и задвинул шторы, и тогда вместо шепота услышал тик-так часов, холодный, размеренный звук, и он обратил внимание на циферблат, круглый, под стеклом, на стене. И он так внимательно смотрел на минутную стрелку, что заметил ее движение, которое прежде никогда не замечал, и точно так же он заметил движение часовой стрелки, очень тихое, и ему казалось что это движение что-то к нему приближает неотвратимо. Что не он смотрит на круглый циферблат, а циферблат на него, круглым стеклянным глазом с неподвижным зрачком.
Collapse )

Елена Долгопят в "журнальном зале"

http://magazines.russ.ru:81/novyi_mi/redkol/dolgopiat/index.html

Елена Долгопят - прозаик

Долгопят Елена Олеговна родилась 28 декабря 1963 года в Муроме Владимирской области. Закончила Московский институт инженеров железнодорожного транспорта по специальности прикладная математика и сценарный факультет ВГИКа. Работала программистом на военном объекте в Московской области. С 1994 года и по сей день работает в Музее кино.

Первая публикация – в журнале “MEGA” (№ 4, 1993 год, Минск). Несколько текстов напечатали в “Юности” (№11, 1995; №6, 1996; №5, 1997; №7, 1998; № 6, 2000). Затем были публикации в “Знамени”, в “Дружбе народов”, в “Новом мире”.

Автор книг:

Елена Долгопят. Тонкие стекла - Екатеринбург, “У-Фактория”, 2001

Елена Долгопят. Гардеробщик – М., “РИПОЛ классик”, “ПРЕСТИЖ книга”, 2005

Болг Елены Долгопят в ЖЖ - http://rekaoka.livejournal.com/

Интервью с Еленой Долгопят

На Чебоксарский международный кинофестиваль Елена Долгопят приехала в качестве сценариста конкурсного фильма “Которого не было”. Однако в России ее больше знают по произведениям, опубликованным в толстых литературных журналах. О литературе и кино шла речь на встрече Е.Долгопят со зрителями в Чувашском государственном институте культуры и искусств.

Наша справка

Елена Долгопят родилась в Муроме Владимирской области. Окончила Московский институт инженеров транспорта по специальности “Прикладная математика” и сценарный факультет ВГИКа. Некоторое время трудилась программистом на военном объекте в Московской области. С 1994 года работает в Музее кино.
Collapse )

Рецензии на прозу Елены Долгопят

http://magazines.russ.ru/znamia/2006/11/fr24.html

Тушь, перо

Елена Долгопят. Гардеробщик. —
М.: РИПОЛ классик; Престиж книга (Живая линия), 2005.

Лет пять назад я поймала себя на том, что мое нынешнее чтение — это только non-fiction. Fiction неизменно приносит разочарование. Когда-то в “Знамени” не известный мне Олег Ермаков напечатал поразительный по нежности рассказ — там еще был кролик в траве, до сих пор его вижу… И давным-давно я прочитала (тоже в “Знамени”) “Урок каллиграфии” Михаила Шишкина — это было здорово. Позже оба эти автора стали знамениты, написали немало — боюсь, что для других читателей…

Все-таки “своего” автора — Елену Долгопят — я нашла. Это началось с повести “Тонкие стекла” (“Знамя”, 2000, № 11). С тех пор я жду ее тексты, ищу их в Интернете и не перестаю удивляться: каким образом повествования, где происходят события не просто маловероятные, но совершенно фантастические, могут с такой пронзительностью передавать обыденность жизни?
Collapse )

Юрий Нагибин о голландском прозаике Боб Ден Ойле ( начало)

Ходил на литературный вечер слависта, переводчика с русского языка и голландского поэта Ари ван Дер Энта.
Ари в своем маленьком издательстве печатает в своих переводах хорошую русскую прозу.
Леонида Добычина, к примеру.
Из современных Дмитрия Данилова, Анатолия Гаврилова, Дмитрия Бакина...
Стал вспоминать кого я из голландских прозаиков читал.
И выяснилось, что практически никого.
Хотя некоторые имена мне известны - Симон Вестдейк, Ганс фон Реве, Ян Волкерс.
Потом вспомнил, что в юные годы прочел в "Иностранной литературе" году в 1977-м рассказы Боб Ден Ойла, которые мне тогда очень понравились.
Потом про Боб Ден Ойла написал статью Юрий Нагибин.
Обнаружил ее недавно с сети.

"Голландия Боба ден Ойла

Литературный портрет

Недавно я обнаружил миновавший меня каким-то образом номер «Иностранной литературы» за 1975 год. Я получаю журнал по подписке и всегда внимательно просматриваю, а этот номер не был на глазах. Потом я вспомнил, что в пору его выхода находился на БАМе, журнал, верно, куда-то запропастился, а в нужный срок сам пришел в руки. Так нередко бывает с пропавшими вещами. Схоронившись невесть где в обжитом, лишенном укромий доме, они сами выбирают момент для возвращения.

Листая журнал, я наткнулся на фотографию человека средних лет с вытянутым лицом, большим, тяжелым носом, слабым ртом, изломанными бровями и длинными баками. Рядом крупным шрифтом его имя, звонкое, как цокот копыт по мостовой: Боб ден Ойл. Писатель был представлен циклом рассказов, первый назывался «Крабы в консервной банке». Название мне понравилось.
Collapse )

Юрий Нагибин о голландском прозаике Боб Ден Ойле ( окончание)

— Сколько у вас комнат, Боб?

— Три. — И подскочив как на пружинке: — У вас что — больше?

Успокаиваю, что у меня тоже три. Слава богу, с бытовой стороной дело покончено. Принимаюсь за новую тему: его литературные корни. Но у Боба утомительная манера или ускользать от прямого ответа в деликатные околичности (смысл их: ну разве это так важно? Стоит ли тратить время на подобную чепуху?), или ограничиваться телеграфной краткостью. Приходится настаивать, дробить вопросы, отчего возрастает неприятно-следовательское. Наконец удается установить, что своим учителем он считает Кафку, любит Джойса, Музиля, равнодушен к Прусту. И вот что любопытно: другим своим учителем он считает Чехова, особенно восхищается «открытостью» — недоговоренностью его концовок. А кто родствен ему из современников? Он знает Беккета, Ионеско, но многие другие известные имена вызывают у него подозрительное удивление.
Collapse )

Про голландского прозаика Хюго Клауса

В статье Юрия Нагибина как пример дурновкусия упоминается нидерладскоязычный прозаик Хюго Клаус.
Но не все так просто.
Потом, он переводился в СССР, оказывается.

"А ведь не так уж необъятна современная голландская литература. Но нет интереса друг к другу. Каждый обвел себя невидимым кругом, куда допускаются лишь немногие. Нашей широты, чуть неразборчивой (и благословенной), нет и в помине. Никак не могу я привыкнуть к этой разобщенности западных людей.

Правда, все без исключения знают Гуго Клауса, автора скабрезных романов, недавно увенчавшего свою блистательную деятельность на ниве порнографии бракосочетанием с Сильвией Кристаль, исполнительницей роли Эмануэль — героини серии одноименных секс-фильмов.

Кроме Гуго Клауса, на слуху еще три-четыре имени, но о литературе говорят мало, даже те, кто ее делает, о голландской — тем паче...
Литературный труд очень низко оплачивается в Голландии, он почти бездоходен, если ты не Гуго Клаус."
Collapse )