December 25th, 2013

Вечер памяти прозаика Владимира Галкина

Центральный Дом Литераторов, Малый зал.
27 декабря 2013 г, пятница

Сценарий вечера памяти поэта и писателя
Владимира Михайловича Галкина
(Программа - максимум)

ВЕЧЕР ПАМЯТИ ВЛАДИМИРА ГАЛКИНА

(7.12.1937 – 17.08.2012 )

Вечер ведут И.Дудинский, Л.Алабин, А.Курушин

Стенд с документами, фотографиями; афиши

Видеоматериал, компьютер, проектор

Портрет В.М.Галкина
Картины А.Курушина
Аудиоматериал – записи (стихи, песни)
Оригиналы рукописных листов

Пригласительный билет
Collapse )

Рассказ Владимира Галкина "Парк культуры имени отдыха"

Оригинал взят у lukomnikov_1 в post
 
    Владимир Галкин

    Парк культуры имени отдыха
    (тихое повествование в микроновеллах)

    Я посещаю Хитровку, как баню или, бывало, Третьяковку. В рифму вышло, но это нечаянно, а смысл: каждую неделю. Так завещал граф Толстой. Как-то очищаешься. То же самое и кладбище.
Collapse )

Владимир Галкин. Конь Чапая

Оригинал взят у lukomnikov_1 в Владимир Галкин. Конь Чапая
 
    Владимир Галкин

    Конь Чапая

    — Врешь, не возьмешь... — скорготал Чапай, загребая левой рукой широкую уральскую волну. — Врешь, не возьмешь...
    Вокруг него так и зуськали белые пули, шипела вода.
    А на берегу стоял белый чапаевский конь по кличке Бирюк и задумчиво ржал, следя за Чапаевым.
    Чапай вышел из воды на том берегу, попрыгал на одной ноге, чтобы вылить из ушей воду. Потом снял кальсоны и рубаху, отжал их, снова надел и так, весь белый, медленно пошел степью в легенду...
    ...Недавно я уезжал в командировку в Новочеркасск. Перед поездом, естественно, взял бутылку водки, два пивка, колбаски и белого хлеба, всё чин-чинарем. Мог, конечно, глотнуть прямо на путях — я это люблю. Но увидел заманчивую темноту за пригородными кассами Курского вокзала, что-то звало меня туда. Я зашел. Чуть белел первый снег. Горы ящиков навалены. На одном из них примостился поудобнее, достал свой выпивон, кружку, разложил на газетке закусь. Двинул первые полкружки. Хорошо.
    Тут кто-то тихо проржал. Я встрепенулся.
    Достающий до ящиков с вокзальной площади свет обозначил фигуру тихо подошедшего мужика, я вгляделся: морда лошадиная, весь зарос густым волосом, воротник поднят, руки дрожат, и несет он их как-то невисяче.
    — Извините за беспокойствие, — пробормотал он каким-то глубоким голосом — стоном, идущим как бы из желудка. — Извините, Христа ради, за беспокойствие.
Collapse )

Набросок библиографии В. М. Галкина

Оригинал взят у lukomnikov_1 в Набросок библиографии В. М. Галкина
Порылся в сети и на гугл-буксе и вот составил такой набросок библиографии Владимира Михайловича Галкина.
Прошу не путать В. М. Г. с тёзками-однофамильцами — в частности, с новосибирским прозаиком Владимиром Степановичем Галкиным (1951 г. р.), автором книги «Сибирские сказы».
Я, впрочем, и сам вполне мог кое-где напутать, тем более что большую часть этих публикаций я не видел.
Сомневался, включать ли публицистику, но решил включить всё-таки.
Публикации стихов выделил в особый раздел. Сугубо сетевые публикации тоже.
Буду благодарен за любые уточнения и дополнения.


Collapse )

Владимир Галкин "Наталья Белые Зубки"

Оригинал взят у lukomnikov_1 в post
 
    Владимир Галкин

    Наталья Белые Зубки

    Поэма

    1
В Николо-Ямском переулке
В шестидесятые года
В каморке тайной, как в шкатулке,
Одна красавица жила...

    Василь Васильич Шинкарёв, мой приятель, старый московский художник (я с ним познакомился через Васю Ситникова, знаменитого живописца, его вся Москва, да и Россия, да и Запад тоже знают, он недавно помер — сильный мастер, сухой кистью работал), проживал в Николо-Ямском переулке, почти у Яузы, в большом трёхэтажном доме. Наверху переулка, у впадения его в Николо-Ямскую улицу (теперь Ульяновскую) стояла красивая церковь Николы Чудотворца, что на Ямах, снесли её в 54-м году большевики проклятые. Переулочек коротенький, домушечки всё мизерные, неказистые, но какие-то кроткие, и прелестны именно своей нищенской чередой, спускающейся прямо к Яузе. Низ у многих был каменный, верх деревянный, только уж почти их не осталось, а дом-то Василь Васильича (я буду его дальше для краткости называть В. В.) был прямо великан меж ними: красный мощный кирпич, да такой, что можно на торцах увидеть клеймо «НФ» — Нифонт Фаров, кирпичник знаменитый, его заводец был на месте современной цементной гадины, что изуродовала берег Яузы у шлюзов, перед бывшим Салтыковым мостом. Из кирпичей карнизы, резные наличники окон, врата в подъезды (их два) — все, словом, узоры, которые можно было видеть на многих московских домах ещё недавно. Таковы и бахрушинские корпуса, и больничные, и многие, многие. Стиль такой. Купечески-заводской, что ли.
    Он жил на третьем этаже, а под ним в комнатке-шкатулке обитала та самая драгоценность, о которой и пойдёт речь. Я ведь о Наташе даже поэмку сочинил, в духе незабвенного Ивана Семёныча Баркова, великого русского поэта, давшего за 50 лет до Пушкина простой и лёгкий русский стих. Похабник, но ведь гениальный похабник, барокко! И вовсе никакая не пошлятина, как принято считать. Его поэзия — душа русская, здоровье народа. Я б ему памятник поставил на Поклонной горе — пусть иностранцы кланяются, въезжая в город: у них такой прелести не найдешь со всеми ихними Гейнами и Гётами. Кстати, и Вася Ситников был талантливейший похабник, ещё оценим его.
    Нда. Так вот эта Наташа... Маленькая такая блондиночка с серыми прекрасными глазами и пушистыми бровками. И глаза до того печальные, словно бы вечная скорбь поселилась у ей внутри, но одновременно и с некоей тайной игринкой, как бы вызовом: на-ка, возьми; и смотрит такая женщинка-вдовица (в том ещё и прелесть, что постоянно она была вдовой) на мужчину, как бы сойдя с картины «Неутешное горе», да того и гляди подмигнёт, да ещё ожжёт зрачком. Тут и покойник из гроба выскочит в её объятия, а не то что живой. В скорбных хорошеньких вдовах всегда есть тайная прелесть. Верхняя губка со светлым пушком, как и брови, чуть вздёрнута по-заячьи, задорно поблёскивают беленькие зубки, очень пикантно и тревожно. Чистый выпуклый лоб, говорящий об уме. Это всё, повторяю, я со слов В. В. рассказываю, он её ещё в девках знал. Ну, словом, хороша и мила — простенького того типа, какой понимающим в красоте русской женщины очень нравится. Лет ей в тот трагический период, о котором пойдёт речь, было так чуть за тридцать. Кстати, не только головка и личико, но и фигурка была при ней и, так сказать, недра. В девках одевалась нарядно, весело, летом всё в блузочке батистовой, в плиссированной юбке, чулочки телесного тона, туфельки остроносые на шпильках-каблучках. Цокает по асфальту, бывало: ток-ток, ток-ток. Зимой беличью шубёнку носила, дворянскую шапочку, и всё равно, по моде шестидесятых, в туфельках, а не как сейчас — в сапожищах.
Collapse )

Поездка в Павловск

Прошедшую субботу провел в городе Павловске.
В гостях у прозаика Владимира Лапенкова.
Присутствовали ветераны питерской неофициальной литературы - поэт Сергей Стратановский, издатель самиздатского журнала "Обводной канал" Кирилл Бутырин с супругой.
Поэт Евгений Линов с подругой.
Гуляли по Павловскому парку.
Видел камень на месте первого Павловского Вокзала, воспетого в известном стихотворении Мандельштама.
В окрестностях Павловского Дворца над речкой Славянка ,оказывается, развеян прах питерского поэта Геннадия Трифонова.
Потом было застолье в доме Лапенкова.
Его супруга угостила гостей вкусностями.
Были разговоры о сравнительных достоинствах разных сортов виски, о постмодернизме.
Кирилл Бутырин резко критиковал современный мир и литературу с позиций высокой питерской культуры.
Лапенков прочел отрывки из мемуарной прозы о неофицальнной литературе Питера 70-х годов.
Стратановский прочел последние стихотворения.
Поскольку забыл тексты, то по своей странице в ЖУРНАЛЬНОМ ЗАЛЕ.
Оказывается, он пишет сейчас прозу.

Из последних стихотворений Сергея Стратановского

Сергей Стратановский
Иди туда
стихи

Стратановский Сергей Георгиевич родился в 1944 году в Ленинграде. Один из самых ярких представителей ленинградского литературного андеграунда 1970-х годов. Автор нескольких поэтических книг. Лауреат литературных премий. Живет в Санкт-Петербурге.
Collapse )

Про прозаика - "власовца" Василия Алексеева

В субботу, когда я был в гостях у писателя Владимира Лапенкова в Павловске, говорили и о писателях из "второй волны" русской эмиграции.
Лапенков вспомнил как в 70-е годы ему кто-то дал прочесть книгу некоего бывшего власовца.
Которая напомнила ему по форме слабую копию "Тихого Дона" Шолохова.
Скорее всего речь шла о Василии Алексееве - http://zarubezhje.narod.ru/av/a_003.htm



Родился 6 октября 1906 г. в г. Владимир. В 1930 окончил Московский гос. университет, специализируясь по русской истории. В том же году был арестован большевиками по обвинению в создании "контрреволюционной организации" - организации религиозно-философских кружков, и приговорен к пяти годам концентрационных лагерей. Освободился в 1934 г. и работал в научных учреждениях в качестве научного работника и редактора по договору. В 1941 г. был мобилизован в Красную армию и в 1942 г. попал в плен к немцам. После окончания военных действий решил остаться за рубежом. В 1951 г. переехал в США. С 1955 по 1975 гг. преподавал русский язык и литературу в университете штата Миннесота, где одновременно с преподаванием написал докторскую диссертацию по русской истории, которую защитил в 1967 г. Диссертация была посвящена положению Русской Православной Церкви на оккупированной немецкой армией территории во время Второй мировой войны (русский перевод этой книги был опубликован в журнале "Русское Возрождение" (№ 11 и 12 за 1980 г.; 13-16 за 1981 г. и 17-18 за 1982 г.). Женат на Людмиле Васильевне (по первому браку - Шаховская) (сконч. 2 мая 1998 г.). Читал лекции в Институте советоведения в Миддлбери (шт. Вермонт). Многие годы состоял в редакционной коллегии православного журнала "Русское Возрождение", основанного протопресвитером Александром Киселевым. Деятельный член Конгресса русских американцев со дня его основания. С 1973 по 1976 гг. был вице-председателем Главного правления Конгресса русских американцев для Среднего Запада. Опубликовал ряд статей в журналах "Возрождение" (Париж), "Irenikon" (Chevetogne, Бельгия), "Новый Журнал" (Нью-Йорк), "Русское Возрождение" (Нью-Йорк), "Записки Русской академической группы в США" (Нью-Йорк), в газ. "Новое русское слово" (Нью-Йорк) и др. Скончался 8 октября 2002 г. в г. Миннеаполис (шт. Миннесота).

Архив В.И. Алексеева хранится в Свято-Троицкой православной семинарии в г. Джорданвиль (США).


Библиография (книги):
Невидимая Россия. - Нью-Йорк, 1952. 405 с.
Россия солдатская. - Нью-Йорк, 1954. 343 с.

В журнале "Грани" номере 23-м за 1954-й год про романы Василия Алексеева в разделе "Отзывы читателей" можно прочесть: " Соревнуются с Криптоном - и не без успеха - чудовищные "романы" Василия Алексеева "Невидимая Россия" и "Россия солдатская". Рассматривать их в качестве художественной прозы не может ,конечно, никто. Это - явление сугубо внелитературное. Но и само содержание этих мюнхгаузениад достаточно говорит за себя. Рокамболистая сеть подпольных кружков, руководимых часто православным духовенством, какие-то кочевые князьки, ожидающие от невразумительного рассказчика только кивка головы, чтобы вести своих потомков Чингиз-Хана на Кремль... Бррр! Не выдумаешь такого. "Россия солдатская" чуточку скромнее по части фантазии..."

Тексты романов Василия Алексеева - http://e-libra.ru/author/31386-alekseev-vasilij.html

Вспоминая Владимира Галкина

http://www.litrossia.ru/2012/33-34/07358.html

МАРШ ВАГАНЬКОВСКОГО КЛАДБИЩА

Под таким названием в конце 90-х вышла одна из мистических книг Владимира Михайловича Галкина, отрытого мной в своё время в вечных залежах и дебрях московской графомании. Номера «Московского вестника» с его прозой вырывали из рук, незаметно уносили из редакции, звонили, ждали новых публикаций… называли живой классикой, некроромантизмом и ещё как-то. Это был пик читательского внимания к журналу и одновременно звёздный час Галкина.
На днях Вла­ди­мир Гал­кин умер, пре­зрев заб­ве­нье и сла­ву, как мог бы он ска­зать, и эта смерть яви­лась жи­вым и про­ро­че­с­ки-гроз­ным про­дол­же­ни­ем его твор­че­ст­ва. От­пе­ва­ние в Ва­гань­ках, как и ожи­да­лось, про­иг­но­ри­ро­ва­ли лит­чмош­ни­ки, хо­тя мно­гие ви­де­ли не­кро­лог в ЦДЛ… оно и по­нят­но: Гал­кин та­лант­ли­вее всех их вме­с­те взя­тых. Они пра­вы, их при­сут­ст­вие толь­ко оск­вер­ни­ло бы па­мять о нём.
Collapse )