November 20th, 2013

О питерском прозаике Леониде Семине

http://fabiola.narod.ru/al735.html

Жил на свете прекрасный детский писатель Леонид Сёмин, и жил он в Ленинграде, ставшем ныне снова Санкт-Петербургом.
О том, что он был прекрасным писателем, я узнал случайно, – из его книги «Тревоги голубого города», которую я купил для своего внука Дениса. Раскрыл книгу и на первой странице читал: «Муравей по кличке Хло был послан проверить дорогу.
– Ты, братец, проворный, – говорил ему всеми уважаемый муравей Ти-Аха. – К тому ж, и места с прошлого года помнишь. Сбегай, пошарь, может, сбились мы...
Армия рыжих лесных великанов собиралась напасть на пчел. И вот, прячась в траве от птиц, Хло уже спешит обратно к своим. Торопится сообщить, что идут они правильной дорогой».
Прочел я эти первые строки, и мне захотелось читать дальше, – узнать, как же будут развиваться события. Чем закончится набег рыжих разбойников на работяг-пчел?
Я вообще признаю тех детских писателей, которые не сюсюкают, подлаживаясь под малышей, а ведут с ними разговор серьезный, тоном и языком взрослых, а если изображают жизнь животных, птиц, насекомых, то максимально приближают их к повадкам и психологии человека: так, как это умели делать Андерсен, Киплинг, Лев Толстой, Чехов.
Я прочел повесть о пчелах Леонида Сёмина и был радостно поражен открытием замечательного писателя. Он сочетал в себе два дивных дара: рассматривать каждый листочек, каждую букашку, как в микроскоп, и ярко, самобытно живописать живую и неживую природу.
Collapse )

О прозаике со сложной биографией - Леониде Семине

Сёмин Леонид Павлович
[6.2.1923, Спасск на Оке (ныне Рязанской обл.) - 17.2.1980, Ленинград] — прозаик.
В 1931 вместе с родителями переехал в Ленинград. Окончил школу киномехаников. С первых дней Великой Отечественной войны — в рядах Красной Армии, принимал активное участие в военных действиях в блокадном Ленинграде. Осенью 1941 Сёмин нес службу в спецотряде по обезвреживанию вражеских диверсантов, в т.ч. т.н. светофорщиков, ракетчиков и т.п.

Воевал на Невской Дубровке. Осенью 1941 ему присвоено воинское звание младшего политрука. В начале 1942 переведен на Волховский фронт в армию генерала Федюнинского. На фронте вступил в коммунистическую партию.
Контуженный во время боев в апр. 1942, был захвачен в плен, чудом избежав расстрела на месте. Находясь в Судетах, в сент. 1942 совершил свой первый побег из плена. Был пойман и отправлен в штрафной лагерь. Еще дважды пытался бежать, оба раза — неудачно; находился в лагерях смерти Флёссенбург и Маутхаузен. Освобожден американскими войсками в мае 1945, после чего подвергся жестокому следствию «органов», был лишен всех званий и отправлен на охраняемые строительные работы. Недоверие к Сёмину сохранялось на протяжении многих лет.
Collapse )

Вдова писателя Виктора Кина о своем супруге

Кин Цецилия


Цецилия Кин

О Викторе Кине

(Предисловие)

Среди немногих сохранившихся бумаг Кина есть несколько истрепанных тетрадок в черном клеенчатом переплете. Это дальневосточные дневники 1921-1922 годов. Кое-где чернила выцвели и трудно читать. Много рисунков: тонко заштрихованные портреты - Либкнехт, Люксембург, Верхарн; карандашный гротескный плакат: "Накануне всемирной революции" - поп, царь и буржуй, которых вот-вот сметет с лица земли рабочий... Черновик заявления в Забайкальский областной комитет РКСМ от секретаря Нерчинского укома В.Суровикина: "В связи с семеновскими победами в Нерчинске организуются два партизанских отряда. Прошу Облком отпустить меня в отряд и прислать мне заместителя". В это время Виктору Павловичу Суровикину (Кину) восемнадцать лет, но за плечами у него борьба с белыми и польский фронт; он был политруком 5-й роты 67-го стрелкового полка. Кин берег на память об этом времени пилотку цвета хаки - она сохранилась и сейчас. Проходит несколько месяцев, и новое заявление в Облком: "Прошу снять меня с работы и отправить на фронт в случае, если Япония объявит войну". Это не романтический порыв, хотя Кин всегда был романтиком, это органическая потребность быть на самых трудных участках борьбы за советскую власть. В дневнике есть запись, звучащая почти как лозунг: "Борьба дает больше, чем учеба. Я учусь лучшему и большему, что мне может дать современность, - революции". Это не митинговая фраза, не риторика, а точное выражение того, чем жил и дышал Виктор Кин, это кредо будущих героев его книги и всего замечательного поколения, к которому принадлежал Кин: комсомольцев с восемнадцатого, коммунистов с девятнадцатого или двадцатого года...
Collapse )