October 15th, 2012

Ермолка под тюрбаном.

Оригинал взят у bolivar_s в Ермолка под тюрбаном.
Ермолка под тюрбаном.  Зиновий Зиник.

Руины султанского дворца Эдирне-Сарай — своеобразный остров в пересохшем водоеме в стороне от центра города. Место похоже на строительную площадку. Кроме пыльных развалин и канав с сорняками осматривать здесь нечего. Фото: ЗИНОВИЙ ЗИННИК
Collapse )

Легенды разведки: Григулевич.

Оригинал взят у bolivar_s в Легенды разведки: Григулевич.

ЛЕГЕНДЫ РАЗВЕДКИ: Григулевич    ЛЕГЕНДЫ РАЗВЕДКИ: ГригулевичМакс, Артур… Эти конспиративные имена, как и еще добрых полдесятка таких же ничего не говорящих непосвященному псевдонимов, принадлежат одному человеку — Иосифу Ромуальдовичу Григулевичу. Он из той замечательной плеяды советских разведчиков, которые пришли в спецслужбу, так сказать, по путевкам Коминтерна. По оценке известного разведчика генерал-лейтенанта Николая Леонова, близко знавшего этого человека, его нелегальные операции за рубежом могли бы послужить сюжетом для такого многосерийного шпионского боевика, в сравнении с которым потерялся бы даже знаменитый сериал Татьяны Лиозновой "Семнадцать мгновений весны". Достаточно сказать, что в годы Великой Отечественной войны он был единственным советским резидентом (и даже единственным кадровым сотрудником внешнеполитической разведки НКГБ) на всем латиноамериканском континенте!

Collapse )

Стихотворение Сергея Хмельницкого, росвященное Юрию Герчуку

Следы заметая, двести лет
Прошли по земле как тать.
В уютной могиле лежит скелет
И хочет на всех плевать.

Над ним опускается вечер мглист,
Всплывает над ним заря,
Его выстилает кленовый лист
Золотом октября,

И шлют морзянки скелетный стук
Песок, перегной, кирпич:
Вы знаете, некто еврей Герчук
Хочет меня постичь.

Эпоху учел, и книги прочел,
И душу в труды вложил,
И выяснил даже адрес ранчо,
Где я в Америке жил.

О времени сын, ему не дано
Понять во плену систем,
Что сгнили мосты, и давным-давно
Фиалки пахнут не тем,

Что корни пуская, живя в борьбе,
Летя кувырком во тьму,
Эпоха подобна самой себе
И более ничему.

Старайся, служивый. Тянись понять,
Над мыслью моей потей, —
Скелетам нечего терять,
Кроме своих костей.

50-е (до 1958).