September 2nd, 2010

Об Александре Гидони на сайте музея Сахарова.

Гидони Александр Григорьевич (р.1936)
историк, журналист, поэт

1936, 4 июля. — Родился в Ленинграде. Отец – Григорий Иосифович Гидони (1895–1942), художник, изобретатель цветомузыки. Мать – Раман (ум. 1952).

1937, 11 октября. — Арест отца органами НКВД. Осуждение 2 ноября Комиссией НКВД и Прокуратуры ССР по ст. 58-6-11. Расстрелян 10 ноября 1937. Высылка матери в Башкирию.

1937–1942. — Жизнь со старшим братом у бабушки Варвары Александровны Раман.
Великая Отечественная война. Ленинградская блокада. Смерть брата и бабушки. Выезд с детским домом в Костромскую область. Встреча с матерью. Жизнь и учёба в Костроме.
Collapse )

О прозаике и сибирском революционере Исааке Гольдберге.

Личность в истории Сибири XVIII-XX веков.
Сборник биографических очерков. Новосибирск: ИД Сова, 2007. С. 173-179.
Шиловский Михаил Викторович
д-р ист. наук, профессор, зав. кафедрой истории России Новосибирского государственного университета, зав. сектором истории второй половины XIX - начала XX века Института истории СО РАН
Литературный псевдоним Irridens.
Исаак Григорьевич Гольдберг [*]

Будущий известный сибирский писатель родился 27 октября 1884 г. в Иркутске в семье местечкового кузнеца, сосланного из-под Минска на поселение в Восточную Сибирь за "оскорбление действием" (нанесение побоев кувалдой) помещика. В конечном счете он осел в столице Восточной Сибири, где к тому времени сложилась крупнейшая еврейская община в регионе. Ее численность составляла к началу ХХ в. от 5 до 10 % населения города (5-7 тыс. чел.). Формировалась она за счет ссыльных, приехавших к ним семей и солдат-кантонистов, поскольку еще в 1837 г. специальным указом императора Николая I евреям запрещалось переселяться в Сибирь. "Если первоначально иркутские евреи занимались главным образом ремеслом и мелкой торговлей, - замечает Ю. Пинигина, - то к рубежу XIX-XX веков (а по некоторым показателям и раньше) ситуация изменилась радикально. Община стала торгово-предпринимательской по преимуществу. Также выросло число лиц свободных профессий и высококвалифицированного труда, хотя ремесленный сектор, правда, в измененном виде, сохранился" [1].
Collapse )

Рассказ Исаака Гольдберга "Гроб поручика Недочетова". Начало.

1. Волчий поход.

Под Иркутском (где, в звенящем морозном январе, багрово плескались красные полотнища) пришлось свернуть в сторону: идти снежным рыхлым проселком, от деревни к деревне, наполняя их шумом похода, криками, беспорядком.
Отряд растягивался версты на полторы. Скрипели розвальни, на которых наспех был навален военный скарб, тяжело грузли в разжеванном, побуревшем снегу кошевки, где укутанные одеялами, в дохах, озябшие, молча и хмуро сидели офицеры. Позванивали пулеметы на санях, лениво и нехотя волочились два орудия (остатки батареи). И между санями, розвальнями, позади и спереди кошев хмуро шагали солдаты, взвалив на плечи небрежно (как лопаты) винтовки, покуривая и переругиваясь.
На остановках в деревнях, деревенские улицы загромождались возами, в избах становилось душно, как в бане, над крышами клубились густые дымы. А крестьяне, сжимаясь и присмирев, опасливо поглядывали на гостей, которые вели себя хозяевами: властно, с окриками, не терпя возражений.
Collapse )

Рассказ Исаака Гольдберга "Гроб поручика Недочетова". Продолжение.

6. Разговор практический.

— Георгий Иванович, вы сами допрашивали часовых?
— Сам, господин полковник!
— Ну и?..
— Сначала отпирались: «Знать ничего не знаем!» — а когда я принажал, один разнюнился: «Простите! на деньги позарился! на золото!..» Я спрашиваю: «Откуда узнали, что деньги в ящиках?» —«Ребята, говорит, болтали...» — Какие ребята?» — «Да, почитай, весь обоз!»...
— Вот как!..
— Да, очевидно, все разнюхали...
Полковник Шеметов нервно прошелся по избе и помолчал. Адъютант, остро поглядывая на него, следил.
— А ведь это неладно! — озабоченно сказал полковник. — ак вы, Георгий Иванович, полагаете?
— Куда уж тут ладно!.. Весь отряд узнает — большие могут нам быть, полковник, неприятности... И так люди ненадежны, болтают... Было несколько случаев дезертирства... Вчера арестовали подозрительного типа, на жида смахивает...
— Расстреляли?
Collapse )

Рассказ Исаака Гольдберга "Гроб поручика Недочетова". Продолжение.

11. Волки грызутся.

Еще не сверкали байкальские сопки (было это на завтра после панихиды)—в штабе спор вышел.
Командир красильниковских остатков, хорунжий Агафонов, претензию заявил: охранять подполковничий гроб красильниковцам.

Collapse )

Рассказ Исаака Гольдберга "Гроб поручика Недочетова". Окончание.

Эта глава — несуразная, маленькая, но она же самая большая: в ней победа.

15. Женщины.

Когда перед рассветом тишину голубую взорвали крики, выстрелы, вой, — женщины, похолодев от страха, забились в углы, подальше от пуль, от смерти
.Вместе с другими — Желтогорячая и Королева Безле.Но не так, как другие — Валентина Яковлевна, вдова.Она помещалась вблизи штаба (поближе к гробу, к мужу), и нападение сразу разбудило ее, бросило во двор избы, где она спала, — и оттуда через жердяную изгородь увидела и услыхала она, как заметались офицеры, как тревожно зазвучала команда, как зазвенела злобная матерщина, как затрещали, застукали выстрелы и зацокали пули. Оттуда же (прижавшись к холодным, запорошенным снегом жердям и сердце больно стучало в ней!) увидела она, что люди стянулись к штабу, где командование, где гроб. Она дернулась, хотела броситься зачем-то туда. Но сразу же обессиленная приникла к изгороди. Она увидела, что отстреливающиеся люди завозились вокруг чего-то у штаба. Там захрапели и звонко забили о мерзлую землю копытами лошади. Она увидела, далее, что лошади рванулись и вынесли сани, окруженные людьми. И, не увидев всего, она почему-то внезапно поняла: на санях, которые силились увезти обезумевшие, храпящие лошади, — на санях — гроб!
Collapse )

Эсер-сибиряк Гольдберг.

Гольдберг Исаак Григорьевич – эсер, областник, представитель "левой группы", борющейся против влияния Группы Гришина-Алмазова-Михайлова в 1918 г. В Сибирской Областной Думе (СОД) от Томского Губернского Крестьянского съезда как "представитель трудового крестьянства". Считался одним из "китов эсеров" в Западной Сибири. На сессии СОД с другими видными эсерами оказывал тайное давление при участии чехословацкого представителя Гирсы, введенного им в заблуждение, в августе 1918 г. на Вологодского, чтобы тот устранил из правительства Гришина-Алмазова и И. Михайлова. Осуществлял яростные нападки также на Гинса с момента, когда тот выступил против переезда столицы Белой Сибири из Омска в Томск, на чем настаивал Гольдберг. Узнав о задержании делегации СОД в Иркутске по распоряжению Вологодского, настаивал на широкой огласке этого факта. Принял участие в неудачной попытке захвата власти эсерами в Омске 18 – 21 сентября 1918 г. Работал в сентябре 1918 г. в составе СОД, согласился на ее разгон, считая, что будет успешно действовать за спиной Авксентьева и снова попадет во власть после выборов в Учредительное Собрание на 1 января 1919 г. В конце сентября 1918 г. скрылся.
Collapse )

Кто вы доктор Азарх?

"К первой трети XX века относится дебют и расцвет литературной деятельности новой плеяды женщин врачей-писателей, на творчество и жизненные взгляды которых повлиял переломный исторический период, переживаемый нашей страной и народом. Достаточно хорошо известно имя врача писательницы Раисы Моисеевны Азарх (1897—1971), участницы Октябрьского вооруженного восстания в Москве, комиссара 1-й особой вятской дивизии и 5-й армии, автора повести “Борьба продолжается”. Книга была столь востребована “текущим политическим моментом”, что переиздавалась шесть раз. В годы гражданской войны в Испании Раиса Азарх была советником по медицинским вопросам при Народной республиканской армии. Эта деятельность мужественной женщины нашла отражение в ее романе “Дорогой чести”." ( Из статьи о пистельницах-врачах)

Времена и имена

Кто вы, доктор Азарх?

Захар Гельман, Реховот

Когда в начале 60-х годов теперь уже прошлого века я впервые переступил порог квартиры Раисы Моисеевны Азарх на Воронцовской улице в Москве, недалеко от станции метро "Таганская", о ее обитательнице я знал совсем немного. Книги Азарх "Дорога чести" и "У великих истоков" с дарственными надписями автора моей маме стояли на книжной полке в нашей квартире вначале в Измайлово, а затем, после переезда, перекочевали и на улицу Трофимова в Кожухово. Основные сведения о том, чем занималась Раиса Моисеевна, я почерпнул из рассказов моей мамы, Сои Захаровны Трейберман, которая работала участковым врачом в поликлинике №104. Обслуживание того дома, в котором жила Раиса Моисеевна, входило в обязанность доктора Трейберман.
Collapse )

Прозаик-коллаборационист Родион Березов ( Акульшин) об оккупированном Смоленске в 1941-1943-м году.

О Родионе Березове - http://strannik.org/content/view/235/75/
http://www.lio.ru/archive/vera/96/06/
Березов Родион Михайлович Версия для печати 13.08.2007 г.
Христианский поэт и писатель. Литературную деятельность начал в 1925 г., напечатав свой первый очерк "О чем шепчет деревня" в журнале "Красная новь". Опубликовал более 30 книг. В 1941 г. был мобилизован в народное ополчение. 5 октября 1941 г. в бою под Ельней попал в плен. С этого времени взял фамилию Березов. Эмигрировал в США и поселился в Лос-Анжелесе. Под влиянием П. И. Рогозина и Иоанна Марка (Галустьянца) принял баптизм. Активный прихожанин церкви "Славянский очаг благовестия". (Источник здесь.)
«Вера и жизнь»
№6, 1996 г. ПАМЯТИ РОДИОНА БЕРЕЗОВА
"В этом году исполнилось сто лет со дня рождения христианского поэта и писателя Родиона Березо-ва. Свою литературную деятель-ность Родион Михайлович начал в 1925 году, напечатав свой первый очерк «О чем шепчет деревня» в журнале «Красная новь». Этой пробой пера он сразу же обратил на себя внимание такого известного писателя, как Максим Горький, который отметил, что Родион Михайлович хорошо знает деревенский быт, обладает меткостью слова и чувством юмора.
Родион Березов (настоящая его фамилия – Акульшин) до Великой Отечественной войны выпустил ряд книг, очерков и рассказов. Писал он много и для детей. Он встречался и дружил с такими писателями и поэтами, как М. Горький, О. Мандельштам, Б. Пастернак,
И. Эренбург, С. Есенин.
Но широкому кругу читателей на Западе и в России Березов известен как христианский писатель и поэт, из-под пера которого вышло более тридцати книг.В июле 1941 года Родион Михайлович был мобилизован в народное ополчение, а 5 октября в бою под Ельней попал в плен.
С этого времени он стал Березовым. Свои мытарства в плену и после войны в связи с получением въездной визы в США он описывает в своих рассказах и в книге «Что было».
Березов поселяется в Лос-Анжелесе, приходит на богослужения в церковь «Славянский очаг благовестия» и вскоре благодаря благотворному влиянию Павла Рогозина и Иоанна Марка (Галустьяна) принимает Христа как своего личного Спасителя."


Отрывок из книги Родиона Березова "Вечно живет! Разлука. 2-ая часть":
Collapse )

Как закончил свою жизнь прозаик Шалва Сослани?

Был десять дней на даче у старинного приятеля под Тарусой.
Помимо пеших и конных прогулок, купаний и чаепитий занимался также пристальным изучением содержания номеров журнала "Новый Мир" с 1963 по 1989-й год, хранящихся на даче.
Прочел немало интересного.
В том числе интереснейшие мемуары Бориса Рунина о писателях, участвующих в московском ополчении в 1941-м году - http://smol1941.narod.ru/runin.htm
У писателей, призванных в ополчении, судьба сложилась по-разному.
Collapse )

"Русский Букер" за 1922-1993 годы.

http://ubicca-venikom.livejournal.com/?skip=40
По версии неизвестного эксперта в этом журнале даются гипотетические лонг и шорт-листы премии "Русский Букер", призеры и состав жюри с 1922 по 1991-е годы, если бы эта премия реально существовала бы в эти годы:
( Русские списки даются на фоне вышедших в эти годы романов зарубежных авторов)
Вот так выглядит ,к примеру, Русский Букер за 1929-й и 1930-й годы:

РУССКИЙ БУКЕР-1929
лауреат премии: Юрий Либединский. Комиссары.

РУССКИЙ БУКЕР-1929

шорт-лист:

Павел Арский. Человек у конвейера.
Кузьма Горбунов. Ледолом.
Юрий Либединский. Комиссары.
Иван Макаров. Стальные рёбра.
Алексей Перегудов. Фарфоровый город.
Михаил Пришвин. Журавлиная родина.

РУССКИЙ БУКЕР-1929

лонг-лист:

Павел Арский. Человек у конвейера.
Константин Вагинов. Труды и дни Свистонова.
Кузьма Горбунов. Ледолом.
Леонид Гроссман. Записки д'Аршиака.
Борис Житков. Виктор Вавич.
Степан Злобин. Салават Юлаев.
Юрий Либединский. Комиссары.
Юрий Либединский. Поворот.
Владимир Лидин. Искатели.
Иван Макаров. Стальные рёбра.
Николай Никитин. Шпион.
Алексей Новиков-Прибой. Солёная купель.
Лев Овалов. Болтовня.
Фёдор Панфёров. Бруски.
Алексей Перегудов. Фарфоровый город.
Михаил Пришвин. Журавлиная родина.
Леонтий Раковский. Четвёртая жена.
Сергей Сергеев-Ценский. Преображение.
Алексей Чапыгин. Моя жизнь.
Михаил Чумандрин. Бывший герой.
Георгий Шторм. Повесть смутного времени о Ивашке Болотникове.

РУССКИЙ БУКЕР-1929

члены жюри: Михаил Ольминский (председатель), Владимир Маяковский, Михаил Пришвин, Степан Шилов.
Collapse )

Приглашаю читателей моего журнала на презентацию новой интересной книжной серии в клуб "Билингва"

7 сентября в 19.00. в клубе "Билингва" состоится презентация новой интересной книжной серии "Уроки Русского".
Серию выпускает издательство "Аттикус" - http://www.inostrankabooks.ru/ru/seria/26/
Я имею некоторое отношение к составлению некоторых из книг этой серии.
Ожидается приезд из Владимира прозаика Анатолия Гаврилова, который не частый гость в Москве.
Адрес клуба "Билингва" - http://www.litkarta.ru/russia/moscow/institutions/bilingua

Аннотация к серии:

"Вам известны имена тех, кто учил пению Марию Каллас, а кто исправлял ошибки на самых первых полотнах Пикассо? А, может, вы знаете, кто сподвиг написать первый текст Гоголя? Яндекс, конечно, знает все, но мы-то вряд ли когда об этом задумывались. А меж тем, есть мало кому известные писатели, поэты, художники, которые есть истинные учителя, непревзойденные таланты, на которых наши с вами сегодняшние кумиры из всяких рейтингов смотрят снизу вверх как на нечто недосягаемое. Мы не вправе изменять историю, но мы можем влиять на будущее. Именно поэтому мы решили открыть новую серию книг «Уроки русского». В этой серии будут собраны книги уникальных русскоязычных авторов, наших современников - Олега Зоберна, Дмитрия Данилова, Анатолия Гаврилова, Александра Шарыпова, Михаила Новикова.
Интерес к неформатной мастерской прозе последних 20 лет только появляется и круг поклонников, сегодня состоящий только из специалистов от литературы, обязательно разрастется. Пожалуй, можно говорить об очередной нише «возвращенной» литературы, хотя в данном случае возвращается то, что только, казалось бы, появилось. Речь идет о писателях, объединенных тем, что они пока еще больше любимы славистами за рубежом, нежели в России. Границы этой современной прозаической «возвращенки» призвана обозначить новая книжная серия «Уроки русского»."

Вечер, посвященный писателю Всеволоду Иванову.

«Всеволод Иванов: неизвестный, полузабытый и известный».
В Музее "Серебряный век русской литературы" 15 сентября, среда, 18.30просп. Мира, 30 вечер
«Всеволод Иванов:неизвестный, полузабытый и известный».
В вечере принимают участие
д.ф.н. Вяч. Вс. Иванов, Е.Б. Пастернак,
д.ф.н., член-корр. РАН Н.В. Корниенко,
д.ф.н. И.О. Шайтанов, д.ф.н. А.Г. Гачева,
писатели Е.А. Попов, Е.Б. Рейн.